Поверхность и глубина

Интегральное исцеление

Джон Дюпюи - автор инновационной модели Интегрального исцеления для избавления от алкогольной и наркотической зависимости

Одно из главных постижений великих мистиков, и одна из неотъемлемых истин Интегрального исцеления, заключается в том, что все страдания происходят от отождествления себя со своей оболочкой. Это не та догма, в которую нужно верить или которую можно купить, основываясь лишь на том, что я или кто-то другой говорит; это – данность, в основе которой лежит опыт, и которую можно постичь эмпирическим путем глубокого исследования человеческой природы через ежедневные созерцательные и медитативные практики. Да, верно -  ежедневная практика внутреннего созерцания самого себя есть неотъемлемая часть практики Интегрального исцеления. Кто-то недавно определил практику как «развитие через повторение». Думаю, это лучшее краткое определение, которое мне приходилось слышать. Что же мы развиваем? Через физические упражнения и питание: силу, здоровье и жизненную энергию; через интеллектуальную деятельность: новые взгляды на жизнь, знание и мудрость; через эмоции и работу с тенью: свободу от неблагоприятных аспектов прошлого и свободу, позволяющую не потеряться в нашем настоящем; через духовные практики: способность жить сердцем, что соответствует нашему лучшему и истинному «я». Это значит двигаться к самой сущности, за пределы очевидного.

Мы развиваем все эти качества, постоянно тренируя четыре неотъемлемые части своего «я»: тело, разум, сердце и душу. Как сказал мне однажды Марко Морелли, ежедневно практиковаться – все равно, что поддерживать огонь под горшком. Чтобы горел огонь трансформации и роста, необходимо поддерживать постоянный нагрев. Если подходить к плану изменений и преобразований с неустойчивым интересом, лишь время от времени вспоминая о нем, желаемые перемены никогда не произойдут. Повторюсь - основным требованием и задачей Интегрального исцеления является ежедневная Практика всеуровневого подхода.

Одна из основных проблем, которую я встречал среди тех, кто идет по этому пути, это страх, часто появляющийся в процессе выполнения практики. Проблема заключается не в том, что «ах, это не работает!», а в том, что «это слишком!». Когда появляются тьма, и боль, и хаос, и темные ночи, естественным представляется убежать как можно быстрее и от тьмы, и даже от света. Именно это стремление избежать неприятных и нежелательных состояний приводит человека к наркотикам и последующей зависимости. Как сказал Билл Харрис тем, кто использует технологию Holosync и сталкивается с неизбежно возникающим хаосом, «следует «дать пять» своему партнеру», потому что хаос – мать эволюции, и когда он вламывается, ты становишься подготовленным для «перехода в состояние высшего порядка», как назвал его И. Пригожин. Если человек не останавливает процесс и остается в нем, он трансформируется и вырастает. Как мы этого добиваемся? Расширяя и побуждая этот процесс, позволяя процессу перехода из хаоса в состояние высшего порядка продолжаться. Мы не можем контролировать хаос, но мы можем его пригласить, превращая гусеницу в куколку, а затем в бабочку. Не единожды, но снова и снова: постоянный процесс восстановления (смерти и перерождения), расширения, эволюции и роста.

Это учение пришло ко мне, когда я находился в уединении в Бенедиктинском монастыре на севере штата Нью-Мексико. Это была свободная форма ретрита, и я сам составлял свой график. Я занимался техникой медитации Holosync по три часа в день и находился в состоянии ужасающей тьмы, которая до смерти пугала меня. Это все, что я мог делать для того, чтобы продолжать медитировать: казалось, мой нос едва находится над водой. Во время перерыва я помогал в книжном магазинчике при монастыре, и однажды натолкнулся на брошюру великого американского монаха, мистика и писателя Томаса Мертона. Мой взгляд упал на отрывок, в котором рассказывалось что-то о том, что этот мистик осознал присутствие Бога как в свете, так и во тьме. Это был тот самый дзенский удар палкой, в котором я нуждался. Я вернулся к своей внутренней работе с новым пониманием тьмы, страха и боли, и вскоре тьма превратилась сначала в жар, затем тепло, а потом – в кристальную ясность. И вновь я перешел с этой точки на то, что казалось новой стадией, или уровнем эмоционального исцеления и духовного озарения. Это состояние великолепно проиллюстрировано в отрывке из одной моей любимой поэмы Т.С. Элиота «Ист Кокер»:

«Сказал я душе своей: будь покойна и позволь тьме сойти на тебя, ибо это тьма господня. Точно также в театре тушат огни, потому что освещение должно поменяться».

Чтобы измениться, преобразоваться, перейти на следующий уровень или стадию, нужно позволить тьме сойти на вас, и двигаться сквозь тьму по каналу рождения, в котором наши старые идеи, верования и индивидуальные черты умирают и возрождаются снова и снова. Как это сделать? Продолжая развиваться и отождествляться со Свидетелем, а не с возникающими объектами. Мы страдаем и приходим в затруднение, когда отождествляемся с объектами, ошибочно принимая их за субъекты, или за самих себя. Медитация не есть процесс остановки мышления. Такое представление привело к неправильному пониманию, а зачастую и к пагубной анти-интеллектуальной установке. Разум не перестает мыслить, но мысли предстают нам как объекты в бескрайнем море чистого сознания, которое и есть наше изначальное лицо. Наши прошлые субъекты становятся объектами, пока, наконец, даже эта дихотомия не исчезает и не остается лишь Единое, и вы – это и есть Оно, всегда были и всегда будете. Но даже это является обманчивым, потому что Вы не существуете во времени, но время рождается в Вас. Думаю, это и есть жизненно необходимая сущность той духовной работы, которую мы проделываем.

Позвольте рассказать вам о моем сне, который повторялся снова и снова, когда я был совсем маленьким. Тогда мне было семь или восемь лет. Это последняя часть очень длинного сна, но она особенно хорошо иллюстрирует то, о чем я говорил, - постоянно повторяющееся погружение все ниже и ниже поверхностных оболочек в самые глубинные пропасти нашего существа через ежедневную практику созерцательной медитации. В последней его части я стою перед этой огромной пропастью. Я заглядываю в нее и вижу тьму и ужас, как будто заглядываю в сам ад. На этом месте я полностью просыпаюсь, взволнованный и напуганный. Иногда требовалось много времени, чтобы этот страх прошел. Много лет спустя, когда я посещал аспирантуру, мы работали в группе процессуальной терапии, и какая-то женщина рассказывала о глубоком травматическом опыте, который она пережила. Пока она говорила, я закрыл глаза и мне предстал сон наяву, видение. В этом видении я снова стою перед пропастью, и в этот раз я не отшатываюсь от нее в ужасе, а ныряю в эту пропасть и во тьму. Я чувствую, как опускаюсь все ниже. Погружаясь глубже и глубже в эту пропасть, я ощущаю кровь и слизь… и вдруг, я прохожу сквозь тьму и оказываюсь плывущим в прекрасной сине-зеленой воде, и вся грязь и кровь смываются с меня. Затем я всплываю на поверхность и вижу великолепное голубое небо и мягкие облака, и нахожусь я между двумя островами, где растут пальмы и растянулись белоснежные пляжи. Казалось, что это кусочек рая. Я быстро возвратился к группе и понял, что нашел значение и развязку этого ужасного сна своего детства.

Значение было понятным – единственным выходом из тьмы был путь через нее, и тьма эта не была глубокой или нескончаемой, но тонкой и поверхностной по сравнению с безмерностью той красоты, что лежала под ней. Это путешествие героя. Мы должны желать переступить через этот порог от известности к неизвестному. Должны войти в логово дракона,  в эту темную пещеру, и встретиться лицом к лицу с собственными демонами, чтобы отыскать сокровища, которые скрываются под этой тьмой и нашими страхами. Своим желанием предпринять это путешествие мы обретем средство своего исцеления и силу: это и есть наш дар миру, наше воздаяние жизни. Это и есть то самое путешествие, которое нужно хотеть проделывать снова и снова, через страх, тьму и хаос - в мудрость, силу и сострадание. Снова и снова, а не единожды (это было бы замечательно!) – через стресс, хаос, кризис, мать эволюции. Вся прелесть заключается в том, что пока мы принимаем этот хаотичный процесс перерождения, мы можем делать это со спокойствием и твердой уверенностью в общем его благе. Со временем и с практикой, чем чаще мы будем делать это, тем больше мы сможем сделать, и тем больше мы сможем в себя вобрать. Сначала только для себя, а потом - для всех чувствующих существ; и, как Уилбер лаконично выражается, «страдаем мы больше, но это меньше нас беспокоит».

И снова Т.С. Элиот:

«Сказал я душе своей: будь покойна и жди без надежды. Ибо надежда эта – надежда на ложное; жди без любви, ибо любовь эта будет любовью к ложному; есть еще вера, но вера эта, и любовь, и надежда находятся в ожидании. Жди без размышлений, ибо ты еще не готова к размышлениям: так тьма будет светом, а неподвижность – танцем».

Этот отрывок из поэмы Элиота «Ист Кокер» - не просто красивая поэзия, но точное описание внутреннего путешествия, внутренней работы. Мы должны быть неподвижны и ждать. И пока мы неподвижны, может происходить огромная работа, как эмоциональная, так и мыслительная, потому что быть неподвижным не означает замораживание всей вселенной, это означает удержание ее в более широком контексте пустоты и ясного осознания. Представьте себе жука, покачивающегося на волнах бескрайнего спокойного океана. Взглянув на этот океан с высоты пяти тысяч футов, мы бы сказали, что он действительно спокоен, даже сели наш маленький жук весь дрожит. В окружении пустоты, этого бесконечно широкого простора, не важно, что эго или разум делают, – это происходит в неподвижности: Свидетель всегда спокоен (или, как говорит Кен Уилбер, «пустота проста – в ней нет движущихся частей»). Продолжая разговор, представьте, что вы в тихом и безмолвном океане на глубине сотни метров под водой. У вас над головой может проходить цунами, но на такой глубине все будет спокойно. В повседневной медитации, по мере того, как мы все глубже погружаемся в это безграничное пространство, которое является нашим истинным «я», нас меньше беспокоят волнения на поверхности, на периферии. Это не означает, что мы игнорируем все, что происходит на поверхности, но мы можем - вероятно, впервые, - избирательно реагировать на поверхностные проявления, потому что впервые мы можем держать их в их истинном контексте, и делать это с легкостью, мудростью и сочувствием. Мы можем танцевать танец жизни с красотой, умением и грацией, потому что мы увидели и познали наше истинное лицо: безграничное сознание, из которого все берет начало.

Мы «надеемся» или «любим» не потому, что «верим» в ожидание. Потому, что вещи, эмоции, мысли и чувства возникают в бескрайности нашего истинного «я»; и они будут возникать, проходить мимо и самоосвобождаться. А понимание и мудрость, происходящие из этого ожидания, - другой природы и порядка, другой высоты и значимости, нежели те, что наше прежнее «суженное» состояние могло постичь. Это только одна из причин, по которой «совершенствование через повторение» или ежедневная практика так жизненно важны для нашего будущего как личностей, биологического вида, планеты. Потому что именно благодаря этим состояниям расширенного сознания и самотрансценденции творчество и разум, которые, вероятно, мы только начинаем осознавать, могут пробиться сквозь завесу наших разделенных, изолированных, маленьких эго-снов и позволить нам на самом деле создать мир заново во всех квадрантах, линиях, стадиях, состояниях и типах.

«Мы ждем без размышлений, ибо мы не готовы к размышлениям», - пока не готовы. Когда я погружаюсь в эти глубины, я не могу заставить мой разум не делать того, что он делает большую часть времени – мыслить. Тем не менее, я приструняю свой разум, не веря в те выдумки и истории, которые он создает вокруг того, что возникает. Это – просто истории, которые придумывает мой маленький разум, и они будут тормозить меня, если обращать на них внимание. Только после того, как я прохожу сквозь тьму или нечто другое, что возникает, через поверхность к бескрайней неподвижности, я готов размышлять. В этой тьме приходит свет, и в этой неподвижности – танец. Не забывайте,  проблемы, которые создали мы, - неразрешимы на том уровне, в том состоянии или сознании, которые их создали. На том уровне, на котором они были рождены, мы только рождаем еще больше проблем, больше кармы, больше узлов. Чтобы развязать эти узлы и решить проблемы, нужно проникнуть сквозь оболочку в глубины нашего истинного существа. На такой глубине мы можем развивать способность освобождать, ослаблять и развязывать наши «узлы» - травмы и драмы, что держат нас в заключении и бездействии.

Позвольте мне представить на ваше рассмотрение вопрос, который я часто использую в учении в качестве своеобразного коана дзен: если побороться с этим вопросом и найти ответ в самом себе, он ведет нас к новому уровню понимания более глубоких, важнейших уровней реальности и дает возможность мельком взглянуть на наше истинное «я», наше «изначальное лицо», которым мы обладали до рождения наших родителей, до Большого взрыва. Вот этот вопрос: как еврей может простить нацистов? Если учесть, что нацисты уничтожили твоих детей, жену, мужа, родителей, семью, друзей, весь твой мир и культуру. Как можно такое простить? Приостановите чтение. Увидьте и прочувствуйте это. Увидьте двери, в которые стучали посреди ночи. Почувствуйте и принюхайтесь к вони, исходящей от фургонов для перевозки скота, клаустрофобный ужас. Увидьте нацистский SS отряд, посмотрите на них, почувствуйте их надменность и жестокость; их сторожевых собак, которые находятся рядом, когда солдаты открывают фургоны и заставляют твою семью выйти, разводят в разные стороны, раздевают и готовят в «душевую» - газовую камеру… Увидьте свою семью, умирающую в этой газовой камере, - медленно, страшно, униженно. Почувствуйте. Увидьте. Услышьте. Принюхайтесь. И спросите себя: как еврей может простить нацистов? Это не в силах человека. Это слишком, чересчур «слишком». Некоторые говорят: «Вы можете осознать, что у вас есть такой же потенциал ненависти и жестокости внутри». Возможно. Но ты не делал этого. Ты делал выборы, которые не привели тебя к этому.

Есть только один способ уйти от этого. Ты просыпаешься. Ты осознаешь: «Я - еврей и я – нацист, и я поступал так с собой все это время! Боже мой!». Ты пробуждаешься. Игра в прятки окончена, и ты – это Оно. Это то, что мы называем реализацией недуального состояния. Это за пределами добра и зла. Предлагаю ли я новую категорию – «добро-зло»? Говорю ли я, что каким-то образом это осознание или стадия развития ставит человека выше таких моральных категорий, как добро и зло? Утверждаю ли я, что добро и зло не существуют? Нет, добро и зло существуют так же, как и облака и камни, деревья, вы и я. Я говорю о том, что и добро, и зло возникают из пустоты, чистого осознания, Духа, Вас. Это формы, объекты, если хотите, рождающиеся из пустоты, чистого сияющего сознания, которое и есть ваше «истинное лицо». Добро и зло – части манифестации реальности, возникающей из нашей истинной сущности. Пустота – это бумага, на которой написана история Вселенной, в которой есть Большой взрыв, эволюция Жизни, добро и зло, Биттлз, Интернет, команда НФЛ «Чикагские медведи 1985» и так далее, без конца. Но то, что мы есть на самом деле, – это и та самая бумага, и, в каком-то смысле, ручка. История может быть прекрасной или ужасающей, историю можно сохранить или полностью стереть, но бумага не меняется. Что мы есть на самом деле в глубочайшем истинном смысле – бумага, с которой начинаются все истории. Когда мы осознаем, что мы - эта самая бумага и, одновременно, записанная история, но наше существо зависит не от истории, а является бумагой, тогда мы свободны. Ты – не Макбет; ты – актер, играющий Макбет.

Недавно в серии медитаций в моем сознании всплыло предписание: «Ощути страх создания, которое забыло, что оно - Создатель». В течение нескольких дней именно на нем были сконцентрированы мои сеансы медитации, и я по-настоящему глубоко ощутил экзистенциальный трепет, страх и ужас бытия конечным, изолированным, самоосознающим существом. «Я живой, и я умру, и перестану существовать, и все, что я люблю, также умрет и перестанет существовать». Когда так глубоко и откровенно проникаешь в эту самую большую человеческую трагедию, в эту полную червей банку, это пугает и пробуждает от иллюзий. «Я прихожу в этот мир (или, как сказал Алан Уоттс, «Я возникаю из этого мира»), и теперь, как существо с самосознанием, я понимаю, что и я, и мой мир исчезнут». Я оставался в полном присутствии с этими мыслями на протяжении моей внутренней работы в течение следующей недели или около того. Столкнувшись, пережив и осознав всю скорбь, ужас и страх человеческого существования, я обрел новое указание в медитации: «Ощути радость существа, которое помнит, что оно - Создатель». И, в самом деле, радость! Теперь я помню… Я – не я! Я забыл, кто и что я на самом деле. За пределами всех историй, всех личностей, за пределами времени и вселенных, «Я – то, что я есть», и я есть То, в чем все возникает: «Я – то, что я есть», и это все, что есть, и ты есть То. Всегда был, вспомни… «Да, я помню… Я заблудился во сне, который создавал так долго». И сон испарился! Перестал ли он сейчас быть значимым или прекратил существование? Вовсе нет. История Ромео и Джульетты не стала менее значимой, потому что она – вымысел. Она все еще ценна как вымысел благодаря своей красоте, глубине, правдивости и трагичности, и каждая ее сцена и характер, реплика и мысль были созданы личностью Шекспира, порожденной из чистой пустоты и мастерства, которые есть мое собственное изначальное лицо; единство, из которого берет начало все многообразие. Как тогда жить в этом прекрасном сне, и в этом, временами ужасном, кошмаре? С четким осознаванием.

Пробудитесь в своем сне, в нашем общем сне. Как это сделать? Как жить в этом сне об относительно изменчивом, развивающемся мире с четким осознанием и с пониманием красоты, мастерства и мудрости своего истинного глубокого «я»? И снова – практика. Недавно Уилбер сказал что-то насчет того, что пробуждение относительно несложная задача. На самом деле, вы и сами всегда знали это. Но донести это пробуждение до каждой клеточки нашего относительного, проявленного существа, вложить в каждое действие и мысль – вот настоящий труд. Наполнить знанием о нашей истинной природе относительную, меняющуюся картинку, которую отображает интегральная карта AQAL, - вот главная цель и цель всех наших исканий и трудов: единение пустоты и формы, неба и земли, свободы и наполненности. Когда завершены поиски трансценденции и постижения своей истинной природы, начинается настоящая работа. Мы больше не просто создаем карму в нашем спящем состоянии, но используем ее как энергию для того, чтобы наиграться, выполнить вдохновленную Агапе работу и превратить мир в самое прекрасное отражение нашей истинной природы. Каждое мгновение великое совершенство сияет в историях от Аушвица до Ассизи, от Гитлера до Его Святейшества Далай-ламы, от Джорджа В. Буша и Осамы бен Ладена до Альберта Швейцера… великое совершенство пронизывает все формы, когда мы помним, кто мы есть. И вновь Элиот приглашает нас взглянуть на то, что лежит под поверхностью…

В моем начале мой конец. В круговороте

Дома встают и рушатся, ветшают,

Сносятся и перестраиваются. Вместо них

Пустырь, или фабрика, или проселок.

Старый камень - в новый дом, старая доска

в новый костер,

Старый костер - в золе, зола - в землю,

Которая вот уже мясо, шкура, помет,

Кости скотины и человека, стебель злака и лист.

Дома живут и отживают: время строить,

Время жить и плодиться,

Время ветру стекло дребезжащее выбить

И панель расшатать, на которой полевка снует,

И лохмотья трепать гобелена с безмолвным девизом.

(пер. С. Степанова)

В моем начале мой конец.

Все это и большее рождается в каждое мгновенье в тебе и во мне…Перемены продолжаются… Вселенные расширяются и коллапсируют. Герои рождаются и умирают; негодяи процветают; шедевры создаются; свалки разрастаются; существа гибнут от отчаянья и жаждут недостижимого… пока все не откроется! Занавес спущен, покров сорван, все – обманщики. Бог разоблачен, притворяясь тобой и мной. Конечно.

В моем начале мой конец.

Источник: www.IntegralRecovery.com

Перевод: integralportal.ru